4 лучшие серии Сверхъестественного объединяет одна идея
За 15 лет Сверхъестественное выпустило более 300 серий и успело попробовать практически всё. Чаще всего Сэм и Дин просто спорили по дороге через штаты Среднего Запада, расследуя очередное паранормальное дело в хоррор-драме, которая во многом шла по следам Баффи, истребительницы вампиров. Но сериал не продержался бы 15 сезонов без нескольких козырей в рукаве, и у Сверхъестественного их хватало.
Здесь были серии с временными петлями, параллельными вселенными и путешествиями во времени, вестерны, обмен телами, серии-предшественники для возможных спин-оффов, откровенные комедии, необычная смена перспективы, найденные записи, приключения в стране Оз и, наконец, то самое Насекомые, которое до сих пор сложно объяснить.
При таком количестве форматов и экспериментов неудивительно, что одни задумки сработали значительно лучше других. Такие серии, как Таинственное место, обыгрывающая День сурка, и Малышка, рассказанная с точки зрения Импалы Дина, входят в число лучших у Сверхъестественного вместе с классикой вроде Лебединой песни и Всё кончено.
На другом конце списка находятся Кровные узы, попытка запустить вампирский спин-офф в городских декорациях, и Укушенный, серия в формате найденных записей с минимальным участием Винчестеров.
Особенно интересно посмотреть на десять серий с самыми высокими оценками за всю историю Сверхъестественного. При всём разнообразии приключений Сэма и Дина четыре из них используют одну и ту же общую идею. Это Французская ошибка, Фанатская литература, Переключение каналов и Скуби-на-теле.
Четыре классические серии Сверхъестественного используют одну и ту же базовую идею
В большинстве случаев Сверхъестественное оставалось довольно прямолинейным сериалом о мире, где монстры и боги существуют втайне от обычных людей. Даже после расширения истории до мультивселенной сериал продолжал придерживаться знакомых правил, характерных для подобных историй. Но время от времени Сверхъестественное решалось на метаэксперимент. Не на обычный переход в другую вселенную, а на намеренное стирание границы между реальностью и вымыслом, сериалом и его поклонниками.
Первым крупным шагом в этом направлении стала серия пятого сезона Переключение каналов. Архангел Гавриил в исполнении Ричарда Спейта-младшего исказил реальность Сэма и Дина и отправил их в мир телевизионных шоу. Братья Винчестеры оказались внутри полицейского сериала, медицинской драмы и даже неловкой рекламной вставки. Шутка строилась на очевидной детали: Дженсен Эклс и Джаред Падалеки играли охотников на призраков, которые внезапно оказались в мире актёров.
Шестой сезон продолжил эту линию своеобразным продолжением Переключения каналов. Французская ошибка, которую регулярно называют одной из лучших серий Сверхъестественного, пошла ещё дальше. Здесь Сэм и Дин попадали в мир, где они на самом деле были двумя актёрами по имени Джаред и Дженсен, играющими братьев в вымышленном сериале под названием Сверхъестественное.
В десятом сезоне сериал перенёс метаидею на школьную сцену. Канон уже давно установил, что Чак Ширли превращал жизнь братьев Винчестеров в серию романов, но Фанатская литература пошла дальше. Сэм и Дин расследовали дело в школе, где ученики готовили мюзикл по книгам Ширли. Получилась одновременно смешная и трогательная дань уважения всему, чем было Сверхъестественное.
Перед завершением пятнадцатого сезона сериал успел провести ещё один крупный метаэксперимент. Скуби-на-теле подарила поклонникам давно ожидаемый кроссовер, но с анимационным поворотом. То, что легко могло превратиться в детскую нелепость, стало остроумным столкновением двух разных стилей и одной из последних действительно сильных серий Сверхъестественного.
Все четыре серии регулярно появляются в списках лучших работ сериала, и все они представляют разные варианты одной базовой идеи: мир Сверхъестественного и реальный мир его аудитории связаны между собой. Реальность может оказаться вымыслом, а вымысел способен стать реальностью, всё зависит от точки зрения.
Почему метаистории Сверхъестественного настолько хорошо работают
Очевидно, что метаистории Сверхъестественного попадали в цель. Гораздо сложнее определить, почему этот приём снова и снова давал такой результат, и для ответа сначала нужно понять, за счёт чего сериал вообще сумел так надолго удержать внимание.
Дело было не только в монстрах, сценариях или хорроре. Множество сериалов справлялись с этими элементами не хуже приключений братьев Винчестеров. У Сверхъестественного было два других важных преимущества. Первое связано с персонажами: химия между Сэмом и Дином постепенно усиливалась за счёт всё более многочисленной компании знакомых лиц, которая со временем стала восприниматься почти как семья. Второе заключалось в способности сериала не относиться к собственной истории слишком серьёзно. Сверхъестественное постоянно находило место для шутки в диалоге или едва заметной реакции Дина, признавая абсурдность происходящего.
Если довести эти две особенности до логического предела, получаются Французская ошибка или Переключение каналов. Любимые метаистории строились вокруг тех же качеств, за которые сериал и полюбили, поэтому их популярность вполне закономерна. Похожая ситуация сложилась с Баффи, истребительницей вампиров. Там тоже многое держалось на сильных персонажах и самоиронии, а музыкальная серия Ещё раз, с чувством входит в тройку лучших у сериала.
Главное было не поддаться соблазну выпускать такие серии слишком часто. Одна Французская ошибка в каждом сезоне быстро бы исчерпала саму идею, превратив редкий и необычный приём в раздражающий повтор. Метаистории Сверхъестественного работали именно потому, что наблюдать за знакомыми героями в реальности, нарушающей привычные правила, было редким удовольствием. Как и шоколадный торт на завтрак, слишком большая порция хорошей вещи в итоге испортила бы аппетит.
Не все метаэксперименты Сверхъестественного оказались одинаково удачными
Послужной список Сверхъестественного в экспериментах с четвёртой стеной впечатляет, но идеальным его назвать нельзя. В девятом сезоне реалити-звезда Снуки появилась в роли демона перекрёстка, а история подразумевала, что настоящая знаменитость всё это время находилась под влиянием демона. Сцена не совсем работала как комедийный момент и сегодня выглядит ещё более неловко, если воспринимать её отдельно от контекста своего времени. Знаменитое появление Пэрис Хилтон в шестом сезоне получилось немного удачнее: она сыграла языческую богиню, которая притворялась самой Пэрис Хилтон. Однако это всё равно был довольно рискованный выбор актрисы, который сериал едва сумел оправдать.
Ближе к финалу Сверхъестественного выяснилось, что Чак фактически обращался с Винчестерами как с марионетками, управляя их приключениями ради собственного развлечения ещё с первой серии. Замысел должен был развить идею о том, что Сверхъестественное существует внутри собственной истории как сериал, написанный самовлюблённым автором, а братья Винчестеры остаются беспомощными персонажами, лишёнными контроля над собственной судьбой. На деле это открытие скорее обесценило масштаб всей истории, поскольку создавало впечатление, что более 300 серий были лишь масштабным представлением внутри мира сериала, а не настоящей борьбой добра и зла.
Поэтому сам по себе метаход не был гарантированной формулой успеха. Но Сверхъестественное действительно научилось создавать истории, которые проверяли границы доверия аудитории и играли с её восприятием происходящего. Без таких серий наследие Сэма и Дина Винчестеров сегодня вряд ли было бы столь же значительным.
